Когда кругом всё удивительно, ничто не вызывает удивления: это и есть детство.
                                                 Антуан де Ривароль

Мы росли тоже среди музыки? Да. Мы росли среди музыки - ведь в 70-х и 80-х (и гораздо раньше) она тоже в какой-то форме существовала. Даже в СССР издавались какие-то пластинки не только с воинскими маршами и трудными речами вождей.

По телевизору иногда показывали концерты, особенно ценились ко Дню милиции. Я даже помню, как в 1982 году, 10 ноября, ТВ-трансляцию этого концерта отменили, и диктор объявила изменения в программе. Вместо него тогда пустили чёрно-белый нафталин "Человек с ружьём" - и у моих родителей затаилась чудовищная догадка, подтверждённая на следующий день официальным сообщением о кончине генерального секретаря всего на свете (уже том) Леонида Ильича Брежнева.

На политинформациях смаковались экономические спады развитых капстран. И именно в  этих странах в это самое время продолжалось стремительное развитие шоу-бизнеса и индустрии развлечений.

Правда, вместо "Top of the Pops BBC", "Peter's Pop Show", возникшего вскоре МТV, у нас был свой собственный нехитрый гештальт в электронно-лучевой трубке: "Утренняя почта", "Утренняя почта" и снова "Утренняя почта". При этом – всегда после программы "Служу Советскому Союзу", которая начиналась с 10:00, перехватывая эстафету у детского получасового "Будильника" (чтоб с детства росли солдатами). "Утренняя почта" выходила с необязательной зарубежной музыкальной изюминкой в конце передачи под титрами или с  безжалостным голосом переводчика поверх любой иностранной песни (позднее его заменила бегущая строка "со смыслом песни"). И ещё был мимолётный "Музыкальный киоск", как прототип on-line-продаж и маркетинга носителей аудиовизуальных произведений.

В сетке программ на месте полуподпольных и оттого крайне нерегулярных "Мелодий и ритмов зарубежной эстрады" спустя лет пять возник побратим шведской "Лестницы Якоба" - "До и после полуночи" с недосыпавшим Молчановым.

В школе регулярно проходили "Конкурсы инсценированной песни". Сознательный коллектив из каждого школьного класса готовил визуализацию, главным образом, на идеологически крепкие вокальные (реже - вокально-инструментальные) номера. Top-Five саундтрэков данных визуализаций того времени выглядел так: "Орлёнок", "Там вдали за рекой загорались огни", "Пусть всегда будет Солнце", "И вновь продолжается бой" и ещё песня про Щорса и его кровавый рукав, правильное название которой я не помню.

Традиции советских арт-инсталляций и флэш-мобов

Следует сказать, что школьные "Конкурсы инсценированной песни" были не первым опытом  human-art-инсталляций на одной шестой части суши. Первыми такими инсталляциями являлись дикие площадные игрища красноармейцев со штыками и жертвенными соломенными чучелами. Позднее, этот странный обычай мутировал в форму зрелищных картин/танков/башен/самолётов с пропеллерами/кораблей из человеческих тел. Апогеем же данной традиции были и останутся массовые 3D перфомансы. Их лучшим образцом принято считать торжественно-многолюдные открытие и закрытие Московской Олимпиады-80.

Кстати, к тому моменту на территории тогдашнего СССР зародилась и другая традиция, тогда ещё не называвшаяся флэш-мобом (очевидно, в том числе и из-за слабого знания населением иностранных языков). Её подхватили и чрезвычайно популяризировали "Парады юнармейских войск". Младшие школьники в утрированной военной форме изображали из себя свирепый, но справедливый Jugend. Ходили строем под командованием сверстника-командира (как правило, объекта обожания девичьей и зависти мальчиковой половин класса) и ждали за это похвальных грамот. Как у настоящих флэш-моберов, разговоры в момент таких церемоний между её участниками не позволялись (да ну и какие разговоры в строю?).

До ухода в андеграунд, данные алгоритмы социального поведения были одобрены Министерством народного образования, Министерством культуры, Государственным Комитетом СССР по телевидению и радиовещанию и согласованы с ещё одним строгим и очень важным Государственным комитетом. Суммарность данных алгоритмов не делала нас именно несчастными или несвободными. Она же и не делала нас счастливыми или свободными.

Свобода ведь не в том, чтобы делать что хочешь, а в том, что никто не может заставить тебя делать то, что категорически противоречит твоей сути. Категорически внутренней сути советских малышат изображать из себя боеспособное население не противоречило (особенно, когда сразу после "Будильника" начинается "Служу Советскому Союзу").
Значит, до несвободы было ещё далеко.

Великая Итальянская Экспансия: В.И.Э. ВИА и сольных артистов

Словно с подачи коммунистической партии идеологически, экономически и, в конце концов, географически неблизкой Италии, подписали секретный (разумеется, сепаратный) протокол с этой средиземноморской страной, только не в 30-х и не по линии МИДа (как в 1939 Германией), а в 80-х, и по линии Министерства культуры. И с советской методичностью его принялись исполнять.

Так началась культурная интервенция, легальный импорт итальянской поп-культуры. Примечательно, что тогдашние блистательные музыкальные столпы ABBA, Boney M, Ottawan и Smokie были здорово потеснены новой культурной традицией, именуемой вначале просто как "итальянцы" (тогдашнее определение одного из музыкальных жанров: "итальянцы" - вся  поп-музыка, исполняемая на итальянском языке).

Отдельный респект участникам коллективов ABBA и Boney M - они не спели с Наташей Королёвой (а вот Крис Норман спел).

Значительный же культурный пласт артистов соц.лагеря (ГДР-овский ансамбль "Пудис" и их почти земляк – кримпленовый экспат Дин Рид, чехословацкий красавец Карел Готт) подвижкам не подвергался – поп-музыка капиталистических стран конкурировала с поп-музыкой таких же капиталистических стран.

Очевидцы сходятся во мнениях, что тогдашняя эскалация итальянского музыкального присутствия началась однородно - и поначалу мало кто вникал/вычленял отдельные имена и названий (см. определение музыкального направления "итальянцы" выше). Капитуляцию констатировало последовавшее вскоре в фильме Марка Захарова "Формула любви" (1984 года) исполнение Александром Абдуловым и Семёном Фарадой песни "Uno Momento". Ставшей чрезвычайно популярной.
 

У знакомого тем временем таможенники отбирали на советской границе пластинку Duran Duran "Arena", а классная руководительница Фролкина Елена Филимоновна на классных часах запугивала нацистами.

Нацисты как бы вдруг возникали ежегодно на всякий день рождения Гитлера, а потом куда-то бесследно почему-то исчезали, и так аж до следующего 20 апреля. На месте их якобы демонстраций якобы валялись "фашистские нарукавные повязки", но их (ни повязок, ни демонстраций) так никто никогда не видел. Но зато каждый знал людей, которые знали других людей, которые их видели. Впрочем, антифашистская истерия эта ещё долго лихорадила мозг советских людей, надёжно загруженный героическими фильмами (примечательно, что тогда имя всемирно известного автомобильного концерна в названии фильма "Мерседес уходит от погони" продакт-плэйсментом не считалось. Вот ведь хитрецы).

Так, в конце 80-х мой приятель, Алик Дерновой, получил задание в школе подготовить доклад на урок истории об Адольфе Алоисовиче Гитлере. Был Алик на хорошем счету, "шёл на медаль". А в свободное от учёбы время слушал тогда группы Кино и The Cure, в знак чего носил рубашки преимущественно чёрного цвета. Когда он пришёл с другом Глебом в городскую библиотеку Томска и попросил биографический материал о вожде национал-социализма, библиотекарь недоверчиво смотрела на него, скрупулёзно переписала данные и попросила подождать, ненадолго отлучившись куда-то позвонить. На следующий (апрельский) день любознательного читателя прямо с урока вызвал к себе директор школы Першин и спросил, не хочет ли тот ему рассказать, отчего накануне дня рождения Гитлера он так живо заинтересовался биографией фашистского вождя. Объяснения развеяли едкий туман подозрений, сгустившийся было вокруг на комсомольца Дернового.

Выходила ещё такая информационная телевизионная программа "Сегодня в мире", с серым логотипом: земной шар, похожий на баскетбольный мяч. Выходила она ежедневно, по пятнадцать минут, с 18:45 на тогдашнем первом (для некоторых территорий единственном) телеканале. С детства, во многом благодаря и этой программе, мне казалось, что никакой "заграницы" вообще нет, - что это такие специальные декорации, которые изображают другие миры. Так снимаются новостные сюжеты о забастовках и политических демонстрациях, и потом их показывают нам по телевизору. Понадобилось много лет, чтобы убедится в обоснованности данного предположения.
Часто передачу "Сегодня в мире" вёл человек с непонятной детскому уху фио-абракадаброй  Фарид Сейфуль-Мулюков.

И однажды в этой программе показали сюжет о распоясавшихся неонацистах, которые в день Победы советского народа в Великой Отечественной войне устроили демонстрацию себя. На экране шли люди в чёрных и кожаных одеждах, с модными в 80-х короткими стрижками и в футболках с надписями  Depeche Mode: так отмечали день рождения вокалиста Depeche Mode Дэйва Гэена (родился 9 мая 1962, в местечке Эппинг, Англия - прим. авт.).

И ещё в школе пугали идеологическим оружием под личиной аццких групп KISS (разумеется, Kinder SS - "дети СС"!) и Dschinghis Khan (тут вообще ничего разъяснять не нужно).

Но всё это, так же как и зыбкая, но повальная немецкая поп-волна за 5 лет до падения берлинской стены, случится позднее.

А "итальянцев" (несмотря на военного преступника Муссолини и союзничество с фашистской Германией) как-то не трогали: И телевизионными инъекциями фестиваля "San Remo" под эпидермис Железного Занавеса вводились новые кубы с именами и песнями.
Рики Э Повэри ("Богатые и Бедные"), Albano и Romina Power (она - высокая и очень красивая, а он - маленький, и  тоже очень красивый)...

Это чуть позднее ты выбрал для себя кассеты с Kraftwerk, Alan Parson's Project, Joy Division и Pink Floyd (мысль об их нелегальности - "Final Cut" 1983 - заставляла чувствовать тебя антисоветчиком понарошку. В песне "Get Your Filthy Hands Off My Desert" было: "Brezhnev took Afghanistan, Begin took Beirut").

А тогда, в 1982-1983 ты или сроднялся с Пупо, Тото Кутуньо, Адриано Челентано (эффект многократно усиливался кинофильмами), Джани Моранди, или попросту был глухим.
Игнорировать факт их экспансии не представлялось возможным.

Это не ты выбирал их. Это они выбирали и настигали тебя.

И вот сейчас – в Польше, по комичному стечению обстоятельств, за ужином с говорящей по-английски, поющей по-французски и в первую очередь –  итальянкой – In-Grid, ты сидишь в нескольких секундах от Великой Разгадки Поколения...

И.П: - Ингрид, в этот момент ты очень важный для меня человек: более двадцати лет мне не даёт покоя неразрешимый вопрос. Я задам его от имени всех тех, кто в школьных ЛТО (лагерях труда и отдыха) днём загибался на прополке полей и сборе семян лука, а в сердце алкал вечерней дискотеки на асфальтированной площадке для утренних линеек. Кто ожидал на школьных вечерах в декорированном спортзале следующую песню, чтобы пригласить на танец самую красивую девушку из класса. Кто глядел на бескрайнее звёздное небо, мучаясь расстройством желудка не добежав до выгребной ямы общего туалета пионерлагеря. Кто платил "посадочные" 20 копеек в такси с роскошным кассетным авто-магнитофоном в "Волге" с шашечками. Кто слушал песню-кавэр "Всё для тебя", но догадывался, что тут что-то не так... В конечном счёте, пожалуйста, скажи как итальянка - как переводится магическое и для всего нашего поколения слово "феличита"?

Ingrid: – Happiness.

 – Happiness?!?!?! Are you sure?!?

www.muzred.com Игорь Панасенко
опубликовано: журнал "ШО", # 4, апрель 2006